Под окнами жилого дома развлекается компания подростков, лишая покоя и сна всю округу. Жильцы несколько раз звонят в полицию, требуя навести порядок, но стражи порядка игнорируют призывы о помощи. Наконец один из жильцов решает самостоятельно утихомирить компанию. Его убивают под окнами собственного дома на глазах у супруги. Похоже на сцену из жизни одной из стран третьего мира. Но нет — это убийство произошло в спальном районе города Беэр-Шева, что на юге Израиля. Еврейский юноша достает нож и убивает другого еврея — отца двоих детей. И это лишь одна новость из криминальной сводки Израиля последнего времени, едва ли не ежедневно пополняющейся сообщениями о раненых, искалеченных, убитых.
На этой неделе я не смог проигнорировать искрометный пост Антона Носика о русских СМИ в Израиле. Особо любопытные могут проследовать по ссылке и ознакомиться как с содержанием поста, так и собственно со статьей, вызвавшей раздражение Антона. Для остальных же попробую подытожить: Антон в свойственной ему манере обложил всех и вся. Мол, уровень русскоязычных СМИ в Израиле ниже плинтуса, работают там, за редким исключением, неудачники, да и вообще прессе на русском языке в Израиле остались считанные деньки. Я не мог обойти эту тему стороной и сейчас собираюсь разложить все по полочкам. Даже и не пытаюсь быть объективным: израильская русскоязычная пресса на протяжении многих лет была не только областью моей деятельности, но и фактически моей жизнью. Поэтому все изложенное ниже касается непосредственно меня тоже.
Про сами мартовские выборы в России я ничего не скажу. Но и совсем проигнорировать эту тему мне тоже не удастся. Всему виной ссылка на листовку и на блог одного молодого человека, практически мальчика, собравшегося на выборы в муниципальное собрание одного из районов Москвы. И что мне до этого муниципального собрания в далекой Москве? Таки ничего. Вся загвоздка в том, что мальчик, собравшийся в муниципальное собрание, носит славную фамилию Кац. Причем, судя по фотографии на предвыборной листовке, там такой кац, что это видно за 100 метров в самой темной московской подворотне. А вот когда кацы идут на выборы, мне уже многое есть что сказать.